14:33 

"Как будто кто-то в школе не знает, что мисс МакКанарейкл дымит, как паровоз, пьёт, как сапожник, и ругается..."
ну вот и пришёл тот день, когда я не встала на работу ваще.
не прозвенел мой новый будильник с английскими часами.
не завибрировали два будильника на мобиле.
а может, что и всё завибрировало и зазвенело, только я не смогла услышать.
это всё снег. я же знаю, я погодоописатель. и каждый раз, когда звоню синоптикам, прошу мысленно: ну только не снег и не оттепель. не циклон. не тёплый фронт. пожалуйста пожалуйста пожалуйста.
но синоптики неумолимы. а погода не слушает людей. она же не добрая и не злая.

вот. и утром в пятницу я просыпаюсь в 10.20. в 11 у меня интервью. на такси не уехать, потому что осталось ровно 150 рублей до зарплаты. да и не вызвать было бы такси, бикоз 22 рубля на мобиле. нужно экономить.
а накануне ночью до двух часов делаю новогодний номер и слушаю завод. под завод делать новогодний номер интереснее. я выписываю все события месяца в столбик. своим ровным прямым почерком. как у школьницы.
октябрь. месяц октябрь. с него я начинаю. октябрьские новости я читала ещё дома, на больничном. когда ещё не знала, что скоро выйду на работу. когда два дня провела в больнице. когда - о, и это было самое тёмное время - катала бутылку. сердилась и продолжала.
злилась, что не могу уехать на "петлю".
злилась, что не могу помочь тем друзьям, кому плохо. особенно в. не смогла и не смогу.
но как много новостей я не прочитала, оказывается.
отправляю сама себе вк наши клёвские речёвские тексты, которые почему-то просмотрела весьма бегло тогда. а зря.
зато сейчас у меня больше времени.

просыпаюсь. убегаю на интервью. звоню косте. идёт снег.
как пел борис борисыч, "но выпал снег, и я опять не знаю, кто я". как было бы хорошо, чтобы в дни снегопадане болела голова. потому что снег - это чума как круто. сейчас я обернулась к окну и увидела, как он летит, под углом чуть ли не в тридцатник. как кружатся мелкие снежинки.

сегодня, ЕВ сказала, дадут зарплату. это хорошо. потому что мне сидеть тут до девяти с новым годом. может, сделаю одну полосу. а может так сложиться, что и две.
вчера изо всех сил удерживалась, чтобы не попросить денег у мамы. не занять до зарплаты. нет, нет, нужно учиться жить самостоятельно. ни на кого не рассчитывая. правда, это очень сложно, когда на кармане 150 рублей, из которых на шестьдесят ты сразу же покупаешь сигареты, как только выходишь из дома.
но если думать, что кто-то тебя спасёт, угостит, накормит, даст взаймы, - ну это неправильно (после "ну" не нужна запятая, я это знаю теперь!). вовсе неверно.
один раз я приняла, казалось бы, бескорыстную помощь. а во что это превратилось тогда? до сих пор мне становится противно, как только вспоминаю. и не стоит оправдываться: дескать, не было выбора. выбор - он есть всегда. даже спускаться на жопе ползком по лестнице. это тоже выбор.
есть выбор - не жаловаться. я не делаю этого больше.
даже сейчас. идёт снег, и пусть болит голова и ухо, которое так и не вылечилось, история продолжается. а это хорошая история. я не знаю, какими ещё словами её называть. "хорошая история" звучит никак не хорошо.
но она именно такая.
а ещё - кошку овсянку прооперировали, удалили глаз. я не помню, писала об этом или нет. она красивая, овсянка. большая кошенция, так смешно раскрывает рот, когда я пытаюсь её погладить, а она хочет побыть одна. конечно, я сразу же убираю руки, как только она сипло произносит своё "шммммр". два дня она спит под батареей. не ест и не пьёт.
я не могу быть с ней рядом. у меня редакция и работа. даже по ночам я пишу. или слушаю.
но она ночью приходит ко мне в кровать. из удалённого глаза сочится сукровица. всё постельное бельё ей перепачкано. но разве это важно? важно то, что она храпит в моей постели, прижимается к ногам. а кошка спелл подходит к ней и легонько трогает её лапой: ты чо, мать, приболела, херово тебе, да? вставай, мать, поиграем. а не хочешь - не вставай, я подожду.

13:21 

)

"Как будто кто-то в школе не знает, что мисс МакКанарейкл дымит, как паровоз, пьёт, как сапожник, и ругается..."
когда я была совсем маленькой первоклассницей, родители покупали для меня книги серии "всё обо всём". как я помню, это переводная энциклопедия, вроде бы американская. статьи там строились по принципу ответов на популярные детские вопросы.
так вот, одна из статей называлась "почему папа пьёт пиво?" ща бы, конечно, такой материалище не пропустили бы, усмотрев в нём пропаганду либо рекламу алкоголя. но дело было в девяностые, и тогда ещё никто не говорил, что пиво - это плохо.
да и мне, ребёнку, было абсолютно всё равно, что пьют взрослые. вот говорят, что дурной пример заразителен. с чем всё-таки никак не могу согласиться. я никогда не считала, что пить пиво - это признак взрослости, а уж тем более в детстве меня никак не тянуло попробовать. тем более, что я пробовала. один раз перепутала и унесла со стола чашку с жидкостью, напоминающей по внешнему виду чай. но это был не чай, а светлый "жигуль", невероятно горький и противный.
нене. если в чём и была пропаганда, то в самой этой фразе - "почему папа пьёт пиво?" вдумайтесь, как это фонетически прекрасно - четыре слова, три из которых начинаются с твёрдого "п" и одно - с мягкого. я помню, что несколько дней ходила и повторяла эту фразу - почему папа пьёт пиво, почему папа пьёт пиво.
звучит как барабанная дробь.

а что там было, в этой статье, и зачем папа всё-таки употребляет, с какой целью не берёт в долю маму, бабушку и дедушку, - этого память моя не сохранила.
но та аллитерация, которой, конечно же, вовсе не было в английском оригинале, о, я уверена, именно она и виновата в том, что я захотела тоже употребить, как тот повелитель пенного папа, постоянно покупающий по паре пинт (остановите меня, пожалуйста. пожалуйста? прошу!)), когда стала взрослой.
и всё пошло и поехало.
пошло и поехало, да.
простите, прорвалось)

не знаю, с какой целью переводчик забахал пять "п" в одну фразу. решил ли он приколоться, подумав, что никто не заметит, или наоборот, ему было скучно, и он хотел пошутить.
но я заметила. да и странно было бы не.

вообще, всё это я рассказываю потому, что вчера мы болтали с т. о работе. и о том, почему нужно запариваться и делать всё хорошо. ну или хотя бы не плохо.
понимаю, что вас задолбала эта тема. но всё же. ещё один раз. или не один ^^.
и я очень рада, что среди моих друзей нет никого, кто может работать плохо. или кто умеет работать плохо. я даже сейчас не только про журналистику.
но для себя я знаю. если я схалявила, сделала ерунду, обязательно, обязательно найдётся хотя бы один человек, который это заметит среди моих читателей. они поймут, узнают, увидят, услышат, где и что я не договорила, не додумала, не написала.
всегда есть хотя бы один человек.
и мне будет стыдно смотреть в глаза тому человеку, если он когда-нибудь найдёт меня, чтобы это сказать.
что он понимает - я не ошиблась случайно, а просто недоделала. потому ли, что была не в духе, или болела голова, или закопалась в других делах.
наверное, пример с переводом предложения про папу не совсем удачен. и он немного о другом.
о чём - вы можете придумать сами.
придумайте.

22:42 

"Как будто кто-то в школе не знает, что мисс МакКанарейкл дымит, как паровоз, пьёт, как сапожник, и ругается..."
а потом, когда я уже собиралась домой, то вдруг поняла.
отпустило.

помните, я говорила, что мне было очень плохо в начале ноября. как-то навалилось и никуда не исчезало. почему я и не уехала в питер. ни в начале месяца, ни в конце.
как-то лезло всё противное отовсюду. и ломались вещи. и терялись вещи. и забывались мысли. и всё время хотелось спать.
я тогда уже знала, что всё пройдёт. к зиме пройдёт. к холодам. но оно всё никак не заканчивалось.

и только сегодня
быть может, тогда, когда мы с полькой разбирали шкаф, доставали чайники, коробки, плакаты, тетради, блокноты.
или чуть раньше, когда пришла тиха с телефоном и осталась на чай и покурить.
или тогда, когда привязывали вечером настольную лампу на верёвочку. а она всё падала. а перед моим уходом упала и вовсе на пол. но это было смешно.
или ещё раньше. когда мы с костей ездили снимать дочку лодочника. и долго искали здание на победе, возле имита. и прикалывались: "язык до киева доведёт. но главное, чтобы не завёл дальше".
или тогда, когда я после завтрака поехала в архив. а до этого долго не хотела уходить, тем более, что все собирались пить чай у нас в кабинете. ох, как мне хотелось остаться и тоже не спеша попивать крепко заваренный зелёный. но что уж - надо так надо.
или ещё утром. когда таксист говорил мне про "глазисси" с утра. а я уже знала, что напишу заказчикам, что не успеваю выполнить задание и чтобы они подыскали другого исполнителя.
или ещё вечером накануне, когда заболела голова, и я включила sonic youth, чтобы можно было заснуть.
когда быстро закончилось дежурство.
когда всё утро я не хотела работать, пила чай и ела кексы. когда мы все сидели у ЕН и болтали, и пили чай, и все вместе не хотели работать.

я не знаю, в какой из этих моментов. но оно прошло, отпустило, перестало давить мне на голову. всё снова вернулось.
наверное, во всём виноват чай. если его выпить слишком много, то внезапно станет легче жить. правда?

19:55 

"Как будто кто-то в школе не знает, что мисс МакКанарейкл дымит, как паровоз, пьёт, как сапожник, и ругается..."
отказ от заказа (а как мило звучит - отказ от заказа) на копирайтинг наполнил меня ткой невероятной радостью, что я сделала полстатьи про пруд, материал про дочь лодочника и хреномандию про пять фильмов за один присест, чуть ли не ковыряясь в носу.
а под вечер мы все вчетвером - с мариной, ильёй и сашей корккой присобачили-таки мою лампу на стол. присобачили с помощью такой-то матери, верёвочки, нашедшейся в пакете с тигриными вещами (да, тигерь, у меня в редакции лежит пакет твох вещей, которые ты там когда-то оставила) и пяти компакт-дисков оттуда же. теперь у моей лампы есть подставка из компакта с надписью "black metal". а ещё я нашла странного вязаного зверя с руками из жопы (ну именно так его и связали) и посадила его себе на стол.
милый рукожопый зверь сидит, ясное дело, тоже на подставке из компакта. с не менее чудной надписью: "ХУЙ ЗАБЕЙ DVD".
а хули, вот и хуй забей на дивиди.
это так мило.

слово "мило" - плохое слово. но каким ещё назвать всё происходящее? прекрасное это место в редакции, с лампой, примотанной верёвочками к столу (а я ж херов архивариус, я же раскапывала в своё время историю этой лампы). с круглыми инглиш часами-будильником. со спёртой из кабинета ЕН бумажной яхтой "победа", в которой я увеличила дно, и теперь там сидит маленькая хрустальная красная лисица, зверь дикий и смелый, с растопыренными передними лапками. красной лисице страшно плыть на яхте "победа", но одновременно с тем очень весело.
вот она и не знает, то ли плакать, то ли ржать, сорри за навязшую в зубах цитату.
а на стене висит мой любимый цанонс "динозавры до юрфака доведут". придумала не я, а редактор, но к моей статье. а чуть выше я повесила вырезку из "голоса" - "свидание с рыжей плутовкой" - о том, как на заводе живёт... кто бы вы думали? лиса с лисенятами там живёт. и фотки прилагаются. маленьких лисенят.
а прямо под ней я прилепила плакат, который илья принёс с антитабачной конфы - где написано: "что делать, если курят на работе?" и там уже я сама дописала, что нужно делать, если у вас на работе курят - продолжать, стрелять или угостить стрелка.
а ещё, когда я писала всё это, пришла полинка, и мы с ней раскопали шкаф, нашли недостающую подкову от лампы, оранжевую ленточку для яхты "победа", египетскую пирамиду, два чайника, журнал "афиша" и книгу писателя бакли.

снифф? ведь этого зверька звали снифф, да? того, который собирал коллекцию пуговиц. сына шнырька и зверюшки сос.
иногда я тоже отчасти снифф.
а иногда и совсем снифф. это тоже игра, только добрая.

в этом мире на подкове висит яхта "победа", готовая бороздить моря и океаны. с храброй лисицей-капитаном за штурвалом. её провожают в плавание все остальные звери, что сидят на моём столе:
полулис-полупёс игнатий, купленная в июне лиса по имени анна михайловна, кот борис, который без хвоста, но с четырьмя лапами, модная лиса лиза (очень неформально модная - у неё на шее кулон из трансформатора, и три пирсинга в ушах - саморез и две булавки, а ещё красная лента на шее), безымянная собака и волосатая неведомая херня. они все кричат ура и бросают в воздух чепчики: вперёд, лисица!
а в помощь лисице респиратор, присобаченный к монитору, обломок от моей старой деревянной пепельницы, наклейка "сопелка" на одежду. и множество прочей невероятной херни, которая неизвестно откуда взялась на моём столе.
когда все уходят, я выключаю большой свет и сижу тут с этой всей невероятной шушерой. за это и люблю вечера дежурств.

13:42 

"Как будто кто-то в школе не знает, что мисс МакКанарейкл дымит, как паровоз, пьёт, как сапожник, и ругается..."
решила найти человека, чтобы передать ему заказ на копирайтинг.
и больше никогда не буду браться за это.
не нужно заниматься тем, что не получается. а у меня с текстами именно так. я могу сделать охрененную рекламу. а вот наполнить сайт инфой - не выходит. вроде как поразбираюсь и знаю, что надо делать. а никак.
к тому же у меня снова заболело ухо. и опять перепады давления.
лучше я буду живым человеком, чем дохлым героем.
а свободное время можно потратить с большей пользой. например, почитать.
начала заниматься грантом. на него тоже нужно составить план.

сегодня вовсе не встала на работу. не услышала будильник на компе, не проснулась, как обычно, в полседьмого. вскочила уже около девяти. прыгнула в такси. от моего дома до редакции - 110 рублей и десять минут.
- какие у вас глазища, - говорит водитель. смешной мужик, он шепелявит, и очень сильно. и получается: "глазисся".
- сколько с меня? - я могла бы и не спрашивать, но всё равно.
- сто рублей.
- да?
- сто рублей и ваша красивая улыбка.

улыбаюсь. проезд стоит 110. значит, моя красивая улыбка оценивается в десять рублей. это весело или печально?
наверное, весело. ведь она всё же как-то оценивается.

23:51 

"Как будто кто-то в школе не знает, что мисс МакКанарейкл дымит, как паровоз, пьёт, как сапожник, и ругается..."
воскресенье.
я покрасила шкафчик и холодильник.
пришла мама, она рассказала, почему я до сих пор живу одна.
вовсе не потому, что не обращаю внимания на мужиков, стучащихся в мои двери, как я думала раньше. и считала, что была права.
неа.
потому что у меня две кошки.
с двумя кошками девка алёна никому не нужна. это же почти семья, бля.
надо же. я никогда не рассматривала свою жизнь с такой стороны.

а я говорила, что красила кухню под пивас? да, говорила.
и когда мама ушла, я кщё раз сгоняла в магаз. и купила добавки. и продавщица не хотела отпускать товар без паспорта. а затем удивлялась, извинялась, расточала комплименты: фигассе, какая вы. как у вас получается так выглядеть?
как у меня получается так выглядеть?
я пришла домой и наебенилась в дрова.
знаете, у сбпч есть песня про "нельзя сказать короче". так вот, именно её я слушала и наебенивалась. потому что я понимаю всё, о чём поёт кирилл иванов. даже, быть может, больше.
или просто по-своему.
как можно научиться писать стихи так, как иванов. и об идеальном месте, и про давай. и о динозавре, и про снупи.
как можно писать так ахуенно и не сдохнуть?

как у меня получается так выглядеть. поживите, чуваки, с моё. выпейте с моё. выкурите с моё. прочитайте с моё. книг, статей, текстов.
и каждое утро крутите обруч.
больше ходите пешком.
пейте тёмное пиво и зелёный чай.
всё время думайте о том, что можно продать, а что - купить. как отхватить 580 и 600, а если получится, то и 630, и 850.
просыпайтесь в полседьмого и ложитесь в час ночи.
ешьте зелёные яблоки.
научитесь готовить салат из рукколы.
хаха. быть может, тогда вы станете такими же.
или у вас будет свой путь, и вы будете ещё круче. я в вас верю.
мне двадцать девять, и мне всё ещё не продают алкоголь и сигареты без паспорта. хотите, я скажу, какой у меня стаж употребления всякого?
не надо.
мисс макканарейкл пьёт как сапожник, курит как паровоз и ругается. и это я. вполне.

19:02 

"Как будто кто-то в школе не знает, что мисс МакКанарейкл дымит, как паровоз, пьёт, как сапожник, и ругается..."
убрала ссылку на дневник из своего профиля в соцсети.
не потому, что я пишу что-то тайное. а из-за того, что слегка в ужасе, сколько людей хотят читать, что я пишу.
при этом
я никогда не рассказываю о совсем личном. не делаю каких-то длинных познавательных подборок. и ссылки пощу только на свои статьи.
да бог с ними.

ещё я наконец-то отказалась от денег за квартиру. от четырёх тысяч каждый месяц. мне осталось потерпеть до конца января, когда выплатят нормальную зарплату. а пока лишь слегка ужаться. я готова.
я даже могу месяц не гулять. ни по-крупному, ни по-мелкому.
я выдержу.
всего-то месяц.

думала про новый год. совсем не хочу тусоваться в эту ночь.
год назад, 31 декабря 2013, я сидела вместе с кошкой спелл на диване и пила чай. даже винища у меня не было. а в этот раз я хочу снова побыть одна. но теперь с винищем и уже с двумя кошками.

а ещё - я всё же покрасила холодильник и шкаф. для храбрости ебанув пивка.
не знаешь, что делать дальше - крась холодильник.
мне нравится этот способ справляться с проблемами)
договорилась вывезти письменный стол у редактора. нашла на авито стиралки. даже за пять штук можно купить.
и неплохие настенные часы продают в "юбилейном". если всё получится со стиралкой, куплю часы.

и вроде даже на пару месяцев отыскала мобильник.
пиво, кстати, не покупала себе домой с лета. но решила, что красить холодильник трезвой - моветон и некомильфо.
завтра доклею шкафчик. будет красиво.
а с утра сделаю заказ.

21:03 

"Как будто кто-то в школе не знает, что мисс МакКанарейкл дымит, как паровоз, пьёт, как сапожник, и ругается..."
и я научилась. посидела, пострадала и сделала полосу про афган.
если просто страдать, ни хера не будет.
а у меня будет.

я сократила текст с пятидесяти до тринадцати. это дофига.
нужно же кому-то меня похвалить. давайте я сама себя похвалю и поглажу по голове. и скажу: алёна хорошая, алёна умная, алёна замечательная.
ах, алён, как хорошо, что ты меня похвалила.
спасибо, алёна.
иди домой. спать.

20:06 

"Как будто кто-то в школе не знает, что мисс МакКанарейкл дымит, как паровоз, пьёт, как сапожник, и ругается..."
я всё время здесь, в этом дневнике, жалуюсь, хотя знаю, что меня читают друзья. и наверное, им не очень приятно слушать, как жалуются.
но я не могу. я хоть где-то бля должна это говорить. меня бесит, что какая-то дохера огромная куча людей считает, что знает, что мне делать с моей жизнью дальше. я не знаю, почему они так думают. я даже сама не в курсе, что дальше. эвридэй какие-нибудь советчики или ещё что хуже.
я просто психую.
"так, может, ты купишь квартиру в ипотеку?". "возьми с собой листочек". "почему ты задерживаешься на дне рождения?" "значит, с мамой жить не хотим?" нет, ну что тут психовать, раз я сама это допускаю и разрешаю. чем меньше ты сама о себе базаришь, тем проще.
квартирная хозяйка вот печётся о своей хате. вот и интересуется, когда я от неё съеду к маме.
а я бля не съеду к маме.
я не съехала, когда ходить не могла, с чего я теперь-то буду это делать?

но почему-то всё вокруг ломается. вот и мобильник. ну как же так, за каких-то пару-тройку недель всё вышло из строя, из-под контроля, вышло в астрал. вещи теряются и находятся не все, я заболела и не уехала в питер, а ещё я заполнила свою гонорарную карточку за октябрь. в октябре я работала целых десять дней. представляете, сколько я заработала?
я не знаю, как мне научиться зарабатывать больше, быстрее обрабатывать полученную информацию. больше писать. в последние две недели я училась. я писала много. я даже кишкой баловалась. чтобы уже на следующий день не помнить, что было во вчерашней кишке.
помните, как я радовалась, что сдала два факта в день, один из которых - жирный.
чуваки, это не предел. тут как-то на днях я писанула пять новостей, происшествия и материал. а может, и два материала. не помню уже. это достаточно жутко - не помнить, что написала.
это так смешно - написала пять новостей. я же вижу, что другие делают больше. почему, как, что нужно сделать, чтобы у меня тоже получалось? я же не лох, не дура, ну почему так происходит?
да на хер мне не сдался гонорар за кишку, я просто хотела попробовать свои силы. я хотела узнать свои возможности, когда дежурила четыре номера подряд.
ни сил бля, ни возможностей.
да, давненько я так не всплакивала в редакции, как сейчас. я не очень хорошо понимаю, как и куда двигаться дальше. пойму, конечно же, разберусь. я всегда во всём разбиралась.
но иногда мне кажется, что я что-то неправильно разобралась.
я научилась, к примеру, заводить беседу с любым человеком. запоминать об этом человеке что-то, чтобы продолжить в следующий раз. понимать, о чём он хочет поговорить. а о чём никогда не заговорит. я тренировалась на таксистах и водителях, продавцах в магазинах. если я сажусь в такси в точке а, то в точку b мы приезжаем с водилой едва ли не закадычными корешами. бывали случаи, когда я знала даже их дату рождения.
я научусь и ещё чему-нибудь. и начну прямо сейчас.
ведь я же всё ещё в редакции.

15:58 

"Как будто кто-то в школе не знает, что мисс МакКанарейкл дымит, как паровоз, пьёт, как сапожник, и ругается..."
это будет очень краткая запись.
они все ёбнулись. меня это бесит. я не могу так. я не могу так ваще.
я ничего не могу придумать.

12:25 

"Как будто кто-то в школе не знает, что мисс МакКанарейкл дымит, как паровоз, пьёт, как сапожник, и ругается..."
в прежние времена, когда наши родители были такими же молодыми, как мы сейчас, на работе им выдавали путевски от профсоюза - в разные города братских республик и республик, где победил социализм. мой папа ездил в югославию, моя учительница - в чехословакию.
и вот если бы теперь меня вызвали и сказали: куда хочешь поехать, алёна, выбирай, - я бы выбрала непутёвск. конечно, его нет на карте. но где-то же он должен существовать.
обитали бы в нём сравнительно непутёвые непутёвцы. сравнительно - по отношению к жителям других городов. они, непутёвцы и непутёвчанки, были бы веселы и бодры. и гордились бы собственной непохожестью.
за две недели отпуска мы бы с ними непременно подружились. как же иначе?
что мне пора в непутёвск, я поняла вчера вечером, когда пришла в магазин за минуту до его закрытия. всё потому, что логичнее было бы сгонять туда в обед, но я же не иду по простому пути, я же непутёвец, пусть и не по праву рождения, но по образу мысли.
и так я обозлилась на собственную непутёвость, что пришла домой и с горя перегладила всё бельё, все шмотки, вымыла посуду за два дня, убралась в кухне. не девка, а чудо. и радостно легла спать.
а наутро проснулась и увидела, что не включается моя милая треснувшая мобила. ну вот ни разу не включается.
надо нести её в ремонт.
опять что-то куда-то надо нести.интересно, почему мобилы сломанные не могут чиниться сами? скажем, перевела я деньги через инет, приехал мобильный мужик, взял мою мобильную мобилу в руки, просветил взглядом и сказал: батарея куякнулась, через неделю заменим. как бы всё было окейно. но нужно искать ремонт, узнавать, где там чо и, самое главное, почём.
договорилась, что завтра мне илья принесёт старый телефон.
а если моя треснувшая сдохла с концами, следует покупать новую.
а деньги я, чуваки, отложила на доброе и хорошее новогоднее дело. на отличное, бля, новогоднее дело.
хотя мне наконец-то пришёл заказ на экспертизу недвижимости. им я займусь сегодня ночью. быть может, его сразу и оплатят.

а ещё я взяла с собой на работу пустую пачку сигарет, вместо целой. сколько раз себе говорила: докурила - выбрасывай срзу же, не оставляй её на подоконнике как памятник страдающим лёгким.
и себя не слушала.
да лень.
да утром выкину.
пришлось серёгу за сигаретами засылать, когда он на обед пошёл. но ушёл он щас, а мне ещё полтора часа существовать.
не могу работать не куря. как психану - так руки сами и тянутся. а психую я постоянно.

на самом деле это должен был быть добрый пост. я хотела визуализировать мечту - как летом я падаю в тёплую копну сена. или просто в траву. спиной вниз. и лежу, и смотрю в небо. и как мягко и хорошо. и пахнет зеленью.
но как-то не сложилось.
с утра шёл снег, и можно было представлять, как я падаю в сугроб в лесу. тысячу лет не была в лесу. туда, по направлению к рыбинскому, я больше никогда не пойду. а лес с правой стороны очень плохо знаю, чтобы идти туда одной.
к рыбинскому
к рыбинскому.
я же знала там каждую тропу. я могла идти там с закрытыми глазами.
и больше никогда.
эх, да что там.

14:20 

"Как будто кто-то в школе не знает, что мисс МакКанарейкл дымит, как паровоз, пьёт, как сапожник, и ругается..."
а это о том, что люди меня как-то неправильно позиционирнуют.

- хочешь пирожных? а то что я одна ем, угощайся, их дофига.
- а где ты их взяла?
- у ххххх.
- а он об этом знает?

такое чувство, что я всё время что-то у кого-то отжимаю. без их ведома.
это неправда. это игра в лисицу-добытчицу, которая началась летом. с 1 июня. потому что это было необходимо, чтобы не поехать крышей.я каждый день писала и пишу себе планы: что сделать, что приготовить, что купить в магазине.
не обязательно выполнять все пункты списка. вовсе нет. это для другого.
я не умею мечтать, представлять своё будущее. что я сейчас знаю о нём? в мае, если всё сложится хорошо, я наконец-то съезжу в финку. в июне меня прооперируют и достанут железки из правой ноги.
всё, что я знаю.
как и раньше, когда я задумываюсь, что будет потом, мне хочется плакать. учиться мечтать нужно потихоньку, когда делаешь это заново.
как я училась в десятом классе разговаривать с людьми. сорок минут до школы. один альбом "день серебра". и все эти минуты ты повторяешь: алёна, ты хорошая, тебя никто не обидит, с тобой хотят дружить, тебя будут слушать.
и вот теперь. писать планы и списки. а если задумываться о будущем, то пусть о недалёком. и мыслить только практически: где найти холодильник, как привезти микроволновку, если ты идёшь в гости, пожалуйста, не забудь тапки, если в магазин - что ты приготовишь из купленных продуктов. это ближайшее. а если на потом - то, будь любезна, о том, что нужно сделать, чтобы уехать в финку - заполнить заявление на загран, отложить деньги, подать на визу. не нужно - о том, что ты будешь делать в финке. пока не нужно. а вот как до этого дойдёт дело, тогда и составишь программу.
пусть так.
даже если я переигрываю.
пусть переигрываю.
проще казаться не тем, кто ты есть. а о своих недостатках я писала много - что медленная, что не особо умная и эрудированная, что легко утомляюсь, что не многозадачная. или как там это ещё называется.
но кто об этом знает? вот вы знаете. и всё.
а остальные, если хотят, то вольны думать, что я лисица-добытчица. которая только и думает, что урвать. которая хозяйственная. которая легко со всеми договаривается. которой легко.
однажды непременно станет легко.
а у меня какой-то гигантский список невыполненных дел. и всё-таки сегодня нужно съездить за краской. а перед этим почитать про краску. и про клей. их же много видов, наверное.
я хотела это сделать вчера, но не смогла, потому что пёрла здоровенную зелёную лампу в комнату.
это весёлая игра. представлять себе себя - лисой, а у лисы нора. лиса к осени таскает в нору листья. жухлые облетевшие листья деревьев средней полосы. утепляет пол. а, то есть землю. лиса ловит мышь, закапывает дохлого зверька в тайник под деревом. о чём думает лиса?
лиса не думает.
я тоже.

17:05 

"Как будто кто-то в школе не знает, что мисс МакКанарейкл дымит, как паровоз, пьёт, как сапожник, и ругается..."
в воскресенье. за столиком в "три-джи" рядом с подругой сидит чувак. тёмно-синяя рубашка, галстучек, запонки, пиджачок, очёчки. лет сорок.
я опоздала на встречу на пятнадцать минут, быстро скидываю пуховик, разматываю платок, который вместо шарфа.
- это алёна, это олег.
- приятно познакомиться.
- а я еще не знаю, приятно или нет, - внезапно говорит олег.
я не понимаю, зачем он это делает. может, такой способ знакомиться. произвести впечатление. просто слова, которые ничего не значат. шутка, в конце концов. завлекалочка.
но мне нельзя так говорить. не потому что я хромая, а несчастных нужно жалеть. не потому, что я девочка, а девочек не обижают, а защищают. не поэтому.
а потому что я человек. который звучит гордо. а люди друг к другу относятся с уважением. особенно к тем людям, которых видят впервые.
еще два года назад дурная шутка расстроила бы меня. но не сейчас. я знаю, как отвечать на плохие хохмы. и вам расскажу. ещё более дурными и бородатыми шутками.
и я наклоняюсь к этому олегу, заглядываю ему в лицо. и отвечаю:
- а вы могли бы поступить так же, как я. соврать.
интересно, что смысл этой боянистой шутки доходит до него не сразу. и он переспрашивает:
- соврать?
- ага. соврать. я же соврала.
он быстро одевается и уходит. перед этим пытается распетушиться уже не передо мной, а перед подругой:
- знаешь, что бы я тебе хотел посоветовать? то, что всегда говорю своим подчинённым. но не скажу.
особенно он напирает на слово "подчинённые". у него есть подчинённые, хуле. крутой, значит.
интересно, почему я живу в том мире, где крутостью считается начальницкая должность и наличие подчинённых? хотя ни хера. это другой мир - дядек в очёчках, в галстучках и пиджачках. синяя рубашка не сочетается с сереньким пиджачком. но нужно ли иметь вкус некоему коммивояжёру, у которого есть подчинённые?
я не знаю, коммивояжёр он или нет. это всего лишь догадка.

а сейчас я скажу, что такое настоящая крутость. вовсе иное.
летний июльский день. два с половиной года назад. я иду из редакции на двадцать пятый, и возле "вальса" меня настигает неслабый ливень. мокрые джинсы, кеды, волосы. я бегу к "вальсу", под козырьком стоят два мужика - один толстый, другой толстый. машут мне рукой - давай к нам.
- будем дождь пережидать вместе, - они смеются, называют свои имена. сейчас я их не помню, пусть будут алексей и юрий, например. алексей толстый, юрий тонкий. у них пиво и стаканчики - дядьки собрались посидеть под солнышком во дворе.
- а вы кто? - спрашивают они. - мы вот фотографы, у нас студия тут недалеко. нас все здесь знают.
как им ответить, кто я? даже ещё не корреспондент. хоть и иду из редакции.
- а я - алёна, - со значением говорю я. чтобы поняли, что меня тут тоже все знают. что алёна - это вам не фунт изюму.
они переглядываются, кивают головой: да, алёна - это серьёзно.
- я могу под дождь выйти, - говорит алексей. выпрыгивает из-под козырька и сразу же забегает обратно. - нет. не могу.
мы смеёмся.
- как вы домой пойдёте, алёна? - спрашивают они. - дождь сильный, а вам до остановки?
- до остановки. вон туда, на строителей. да дойду как-нибудь.
- торопитесь?
- тороплюсь.
- давайте, мы вам зонтик дадим? - они протягивают мне чёрный видавший виды зонт со сломанной спицей. но рабочий. демонстрируют, как он открывается и закрывается.
зонтик-зонтик, омбрелька, смешной, старый. весёлый, как те чуваки.
- а как я его вам верну?
- принесёте потом в "вальс", оставьте там. скажете, что это для лёши и юры. нас тут все знают.

разумеется, я оставляю зонт на следующий день в магазине. тётьке, которая не знает ни лёши, ни юры. но верит мне.
зачем я это рассказываю?
чтобы вы знали, что значит - быть клёвым. отдать дырявый зонтик мимо пробегавшей девчонке.
только не говорите, что это ерунда.
ни разу.

13:52 

"Как будто кто-то в школе не знает, что мисс МакКанарейкл дымит, как паровоз, пьёт, как сапожник, и ругается..."
самый главный алёнин подвиг выходных - то, что она унесла микроволновку.
о, эта прекрасная микроволновка, эта великолепная история, которую я с радостью рассказала бы, но она будет столь неинтересна в моём исполнении. ну как тут начнёшь: "и взяла я её в правую руку, а пакет со стеклянным блюдом - в левую, и понесла вверх по ступенькам. а микроволновка тяжёлая, как сука (хотя, ребята, смотря какая сука - странное это устойчивое выражение. возьмём суку пекинеса - разве она тяжела? а вот сука мастифа - другое дело), а пакет с блюдом зазвенел, когда рука дёрнулась, и он ударился о перила. и я думала, что всё, пиздец, а нахера мне микроволновка без блюда?"
ну что. вам интересно?
и я думаю, что не очень.
интересно было мне, а что случится, если перевязанная плёнкой и скотчем микроволновка бухнется с высоты коленной чашечки на больную правую ногу? об это я размышляла весь путь до второго этажа.
и решила, что нужно перенести микроволновку в левую руку, в пакет с блюдом - в правую. для того чтобы, если она всё же грохнется, в мире всё оказалось бы симметричным. и были бы две пострадавшие ноги.
неа, неа. жадность фраера не сгубила. я её допёрла. останавливаясь на каждом этаже маленько передохнуть (наша учительница математики очень любила это "маленько передохнуть", разумеется, она произносила глагол с ударением на "о";).

микроволновка - это последний артефакт, который нужно было забирать с городецкой. теперь там остались лишь моё чёрное пальто (да ну его нах, всё равно оно мне никогда не нравилось, а было куплено за пафос) и сервиз (его я в жись сама не попру, потому что расколочу все тарелки-чашки и даже ложки-ножики).
а завтра я куплю акриловые краски. и покрашу остаток холодильника, шкаф, который был тумбой, и микроволновку. возможно, это будет смешно. или наивно.
и что? все с чего-то начинают.
первые мои статьи тоже без смеха читать нельзя.

а мы оказались в холодной части антициклона. и второй день синее небо. без туч и облаков. морозно. и красиво.
сейчас я буду крутить обруч, а потом пойду гулять. ещё застану солнце.

говорят: "хорошо было пещерным людям: не нравится человек - убил, нравится - съел". и раньше я хотела тебя съесть. целиком. руки, ноги, рот, голову, даже волосы. стать тобой. такой же.
что-то у меня даже получалось.
спасибо.
и почти получилось. но нельзя стать другим человеком, только если ты полностью откажешься от своей истории. а я от своей - не могу. уж слишком она была клёвая.
зато я научилась писать статьи. через три года после первого падения снова села на велик. раздвинула горизонты. начала ходить. это было круто. я никогда не забываю, кому и чем обязана.
только вот стать тобой не вышло. но я никогда больше не буду хотеть измениться.
мне было очень сложно принять и понять, что я тоже человек. и даже в чём-то интересный для других.
а ещё непонятнее было - почему других тянет ко мне, зачем они хотят разговаривать со мной, со мной, девочкой, которая и пары слов не может связать, мелет какую-то ерунду, а большей частью сидит и слушает.
до этого лета. пока я не узнала, что сильнее многих людей. не потому сильнее, что мне не слабо допереть до дому до хаты здоровенную микроволновищу. что в этом такого - таскала же по лесу двадцатидвухкилограммовый рюкзак.
я снова хвастаюсь. увы.
нет. я видела, как людям становится плохо. как они перестают бороться. как перестают замечать синее небо. да, это всё не о тех, кто может меня здесь прочитать. хватает других примеров.
знаю, что со мной никогда такого не случится.

я всё время говорю об одном и том же. заткните меня кто-нибудь. вы ведь все знаете, что доносится из рта, ещё не забитого глиной.


13:24 

"Как будто кто-то в школе не знает, что мисс МакКанарейкл дымит, как паровоз, пьёт, как сапожник, и ругается..."
- почему ты мне не звонишь? у тебя всё нормально?
- нормально.
- у тебя голос какой-то странный. а мне кажется, что нет. скажи честно.
- всё хорошо.
- ты придёшь ко мне вечером?
- нет, не зайду.
- почему?
- не знаю. я хочу побыть одна.
- давай я сама приду.
- не надо.

блять, как мне объяснять вообще людям, что я не обиделась, со мной всё хорошо, я даже не заебалась в доску.
внезапно "летающая тарелка" в главном топе. эту свою статью я делала именно под топ, но вчера вечером была уверена, что промахнулась. и не войду. на сто процентов промахнулась.
нет.
нет.
не промахнулась.
иногда, далеко не всегда, я верю, что не промахнусь. я уже говорила, что это как настраивать инструмент - когда нота "ля" должна звучать у тебя в голове. камертон должен быть внутри. тогда ты поймёшь, когда налажаешь. и сделаешь всё, чтобы не налажать.

"приходи в гости". "пошли гулять". "давай, я приеду". и самое страшное - "ты что, прописалась дежурить?"
что мне отвечать?
я всегда знаю, что делаю. мне себя не обмануть. у меня не бывает бессмысленных поступков. я знаю, какую цену придется заплатить. и за что.
за то, чтобы стать хорошим журналистом, я готова отдать многое.
я писала, что не умею мечтать. но об этом - умею. меня не интересуют цацки и победы в конкурсах. я всего лишь хочу работать так, чтобы самой себя уважать.
а ещё, да. мне сложно сейчас видеть людей и говорить, что у меня всё хорошо. вы читали тут внизу. да, я могла об этом никому не говорить. но и молчать тоже уже не могла.
я всё равно верю, что всё будет хорошо. обязательно. прямо сейчас. но именно прямо сейчас не так много людей, с кем я хотела и могла бы говорить. и я не буду врать, что каждый из читающих эти строки входит в список.

злая я стала. циничная. настолько сейчас не хочу производить приятное впечатление, нравиться людям. не то чтобы хочу наоборот. просто мне похеру.
а я им всё равно нравлюсь.
ну что с этим сделаешь?)

20:50 

"Как будто кто-то в школе не знает, что мисс МакКанарейкл дымит, как паровоз, пьёт, как сапожник, и ругается..."
интересно

00:07 

"Как будто кто-то в школе не знает, что мисс МакКанарейкл дымит, как паровоз, пьёт, как сапожник, и ругается..."
и всегда я говорила большей частью о хорошем. как классно ехать на велике, как круто видеть снежные хлопья в самый холодный день года.
и никогда ещё - о том, как это - перестать любить человека.
хорошо?
плохо?
страшно?

нет. ни то, ни другое, ни третье. никак. нет такого слова. потому что любить кого-то - это жизнь, свет, логос и разум, солнце, снег, звёзды и река. а не любить - это пустота. ноль. не точка даже, а её отсутствие. это не день. и не ночь. не свет. не тьма.
так же иррационально, как и полюбить.
и можно спрашивать себя: как, почему это случается, происходит, заканчивается. и не знать ответа.

однажды. в один из вечеров поздней осенью ты всего лишь сидишь за компьютером. как обычно. горит настольная лампа. ты задерживаешься на работе, потому что дежуришь. пятница, и на следующий день не нужно рано вставать.
ты пьёшь шестую чашку чая за вечер. очень долго верстают пятую. на четвёртой меняешь подпись под снимком. проверяешь дату на 1250 на третьей. исправляешь "вчера" внизу на первой, слава богу, успеваешь до вёрстки. на полосе два повтора слов. это механическая работа. ты не человек, ты техник, а может, и сама машина. посмотреть номер предыдущего номера, плашку на последней, тираж. показать всем центральный анонс.
пока ждёшь пятую, можно пить чай, болтать. читать книгу. включить музыку громче.
а затем ты поймёшь, что чего-то не хватает. недостаточно. и сперва никак не получится вдуплить, что же не так.
если бы мысли можно было записывать словами (а их нельзя), то эта была бы записана так: "слушай, мне кажется, я больше тебя не люблю".
и я никогда не хотела говорить слова "люблю". оно слишком громкое. а я тихая. а тихо - это когда дорога, и солнце, и цветы, и камни серые в траве на дороге, и одуванчики, и земляника. и ночь, и август, и звёзды в пыльном небе. и огни в засыпающих квартирах.
a sparkle, a light, a lantern.
а потом, когда ты узнаешь, что всего этого больше нет, ты захочешь пойти и наебениться в дрова. и пойдёшь, и наебенишься. и проснёшься на следующее утро, не зная, который час. и тебе станет всё равно, сколько сейчас времени.
и ты будешь в кафе пить зелёный чай, и есть драники. и слушать музыку. и тусоваться всю ночь. а может, останешься лежать на кровати и проведёшь так весь день. это не будет значить ровно ничего. нихуяшеньки.
ничего, ничего не изменится. и это будет самым страшным.
останется день, чтобы снимать с диктофона, и вечер, чтобы обрабатывать запись.

это бывает именно так? я правильно рассказала?

и мне захочется изменить хоть что-нибудь. то, на что хватит сил.
но их не будет хватать. и воображения тоже.
разве что
я начну в форме ставить перед врезкой три звёздочки. вот так - ***врезка.
первый шаг дальше может быть совсем крошечным. хотя бы таким.


11:07 

"Как будто кто-то в школе не знает, что мисс МакКанарейкл дымит, как паровоз, пьёт, как сапожник, и ругается..."
сдам билет в питер.
несмотря на то, что нашал паспорт.
я не могу ехать в таком состоянии. оно закончится через неделю, через две, всё пройдёт, милая, всё пройдёт. просто не сейчас. если едешь, ты должен быть полным, а не пустым. поезд не заполнит пустоту. другие улицы, другие дома не заполнят пустоту. а пять тысяч можно потратить по-иному. я даже знаю, как.
а садиться в поезд, когда каждый день проходит именно так, как сейчас, нельзя, нельзя, нельзя. я не хочу, не могу, не умею видеть людей, говорить с людьми, у меня с трудом получается подбирать слова, строить самый простой диалог. а они не виноваты, что я такая теперь. именно в эти дни.
мы справимся. мы все справляемся с трудностями. это без сомнения. это не самоубеждение.

я просыпаюсь утром и не могу вспомнить, вымыла ли голову накануне вечером. или нужно сейчас бежать в душ, бежать, и побыстрее, а то опоздаю на работу?
я не помню, что я ела в течение дня. и ела ли что-то?
я перестала записывать доходы и расходы.
я принесла сырное печенье, чтобы пить чай в "голосе". и не пошла.
вчера вечером не погладила бельё, потому что не могла встать с кровати.

всё будет хорошо. это без сомнения. нужно ещё немного подождать.
я научилась ничего не бояться. и правда, ничто мне не страшно. ну ничто. самый главный страх тоже остался в прошлом.

- ты некрасивая.
- что? красивая?
- некрасивая. может, симпатичная? хотя это тоже не то. не знаю. но в тебе есть что-то такое, что нельзя объяснить. где вообще такую, как ты, нашли? где, скажите?

это мне говорит чувак, которого вижу впервые в жизни. хер знает, как рассказать, где меня нашли. предки - в капусте, вестимо.

я стала другой. не узнаю себя в зеркале.
меня все хотят видеть.
мужики заворачивают шеи на улице.
у меня нет ни одной свободной минуты.
я всё время приглашена на какие-то праздники и тусовки.
и насколько всё это именно сейчас не имеет никакого смысла.

19:49 

"Как будто кто-то в школе не знает, что мисс МакКанарейкл дымит, как паровоз, пьёт, как сапожник, и ругается..."
я паспорт нашла. вспомнила, где он может и должен быть. и нашла паспорт.
на радостях (или нет) сижу и реву. почему-то я слишком много реву в последнее время.
или блять реву, или с диктофона снимаю. так и жизнь проходит.

есть определённые грустные вещи, о которых я не хочу говорить даже в дневнике. какое-то время назад мне нужно было вот это, грустное и нехочуговорительное, проанализировать для себя. и я начала записывать. будто всё это происходит вовсе не со мной. а с некоей мерисьюшной тёлочкой (разумеется, по имени алиса), которая пытается спасать мир. от взрыва бомбы.
бомбьа должна была рвануть в городе тихвине. который я проезжаю в пять часов утра.
и алиса так же сидела между двумя вагонами, двумя тамбурами, прихлёбывала коньячок из фляжки. и было ей нехорошо. успешный автор алиса. она не знает, как спасать мир. но у неё всё выходит так, как нужно.

а у меня.
а у меня не будет тех съёмок, на которые я рассчитывала, аккурат до нового года. потому что я теперь не просто хер с горы, а ещё и руководитель грантового проекта. и у меня почти нет свободного времени. я занимаюсь только своими проектами, своими темами.
я должна радоваться, да?
наверное.


15:00 

"Как будто кто-то в школе не знает, что мисс МакКанарейкл дымит, как паровоз, пьёт, как сапожник, и ругается..."

в воскресенье я просыпаюсь в шесть часов утра. быть может, и не в шесть, а в пять или в семь. потому что часы на телефоне опять идут так, как им хочется, а не так, как требует 060. не важно.
короче, открываю глаза очень рано. накануне, в субботу, я вырубилась с включённым светом и с компом, под музыку. и это было неплохо. перед этим мы с натой ходили на странный концерт, где выступали всё больше люди с ограниченными возможностями - двое слепых, глухонемая девочка. а потом я долго ехала домой на семёрке и засыпала в автобусе. поставила чайник, села на кровать. и проснулась уже утром. ничего не сделала из задуманного.
зато утром воскресенья я поймала в скайпе м., которая ещё не спала. так мы и болтали - ещё не заснывшая с уже проснувшейся. обе сонные и смешные.
мы говорили о том, что людям бывает больно. больно что-то делать. ваще не в струю, как говорится.
например, не в струю работать. не то что не хочется - а просто невозможно делать это регулярно, каждый день. это авральщики. авральщиком быть неплохо - во время дедлайна они работают охеренно. у них адреналин. а нет аврала - не могут.
а есть люди, которым больно чувствовать. так сказала м. у них с трудом происходят какие-то эмоциональные всплески, им сложно поддерживать социальные контакты. даже звонить своей девушке. не потому что они мудаки. а вот так устроены. ну вот такая болевая точка.
и чо их осуждать? или - "и чо, их осуждать?"
только есть в этом какая-то хрень. какая, интересно.

а затем м. говорит: "есть ведь ещё люди, которым думать больно, вот таких людей я стараюсь избегать".
а что значит - думать больно?
"ну, им проще в ситуации, когда нужно напрячь извилины - ну не знаю - пойти потанцевать".

вот тогда я понимаю. почему я осуждаю этих, эмоционально и чувственно больных. тех, кто оправдывает себя тем, что "извини, ну пропал, ну я такой. потом позвоню".
потому что я из тех, кому думать больно. на самом деле. это не кокетство. те, кто знают меня близко, в курсе, что я с большим трудом и потратив на это некоторое количество времени могу выстроить самую простую логическую цепочку. мне проще жить и существовать по алгоритмам. а когда нужно подумать - сходить потанцевать.
только об этой моей особенности мало кто знает. больно - не больно. всё равно нужно думать. я никогда не разрешала себе этого не делать, потому что "я не такая". мне всегда очень стыдно, когда я не могу с ходу сообразить что-то.
а я знаю, что не смогу.
поэтому я соображаю наперёд. что только не делала, чтобы развить логическое мышление. и оно у меня всё же существует. за счёт того, что я думаю, а не иду танцевать. а когда танцую, тоже думаю. не так хорошо и быстро, как другие люди, но хотя бы как-то.
я ненавижу стирать, гладить бельё, делать уборку. не просто не люблю, а сука ненавижу. и я всё время стираю, глажу бельё, мою посуду и пол. именно потому, что мне больно от этого.

к тем людям, кто не может чувствовать, я не испытываю зависти за то, что они позволяют себе это, а я якобы не могу позволить. много что могу себе разрешить.
мне кажется, что они неполноценные. смирившиеся со своей неполноценностью. а мне просто неприятны смирившиеся люди.

"бог не фраер" (с)

главная